Китайская угроза реальнее других?


«Китай: угроза экспансии или трамплин для Казахстана?» — над таким вопросом задумались участники очередного заседания клуба Института политических решений, прошедшего в Алматы. Предложенная тема вызвала живой и горячий интерес собравшихся, которые на протяжении почти двух часов обсуждали, чем же на самом деле является Китай для Казахстана?

До Люксембурга еще далеко

Декан географического факультета Казахского национального университета имени аль-Фараби Шарипжан Надыров начал разговор с обзора ситуации с другим соседом — Российской Федерацией. По его словам, северные регионы Казахстана, от Западно-Казахстанской до Восточно-Казахстанской областей, находятся в «зоне вымывания» Россией экономического потенциала Казахстана:

- Вдоль периметра казахстанской границы имеются мощные интеграционные агломерационные сочетания, которые по экономическим показателям, по ВВП на душу населения значительно больше экономического потенциала Казахстана. Они вымывают экономический потенциал нашей страны, поскольку отечественные предприятия представлены в основном предприятиями сырьевого сектора экономики, а перерабатывающие предприятия с высокими технологиями сосредоточены на территории России.

Сейчас Казахстану, считает он, нужно находить рынки сбыта на территории соседа. И сделать это можно, на взгляд г-на Надырова, только одним способом: добиться того, чтобы отечественные товары хотя бы сровнялись по качеству с российскими.

- Приведу аналогию с государством Люксембург, которое находится между крупнейшими странами — Германией, Францией и Бельгией. Но тем не менее уровень жизни, уровень экономического развития Люксембурга не ниже, а выше сопредельных государств. И если мы добьемся такого преимущества, то тогда, конечно, приграничные регионы России нам не страшны. В противном случае мы обречены быть сырьевым придатком, — подчеркнул он.

Данное утверждение применимо и к восточному соседу, но здесь ситуация несколько иная: зоной товарной экспансии Китая является уже вся территория Казахстана. Для сравнения: ВВП Казахстана составляет менее 1% от китайского, при этом, например, на долю торговли со странами Средней Азии приходится лишь 2% от суммарного внешнего товарооборота республики.

Казахстан станет районом?

Но экономическая экспансия — не единственный острый вопрос. Территориальная близость Китая привела к тому, что ситуация в бассейне рек Иртыша и Или изменяется непосредственно под влиянием Китая.

- Например, из 8 кубокилометров воды, которые поступают из Черного Иртыша на территорию Казахстана, уже 50% воды забирается на орошение. Для этого построен канал Иртыш-Карамай и далее — на Урумчи. С каждым годом дебит воды будет увеличиваться, — сказал Шарипжан Надыров, отметив, что вместе с уменьшением поступления воды из Китая будет происходить снижение потребления воды в сельском хозяйстве и энергопроизводстве Казахстана.

Вместе с тем в Кыргызстане, где располагается половина гидроэнергетических запасов стран Центральной Азии, китайцы уже построили линию электропередач от системы Тохтогульской и Сырдарьи-Нарынского каскада ГЭС в сторону города Аксу Синьцзян-Уйгурского автономного района, по которому будет осуществляться импорт огромного количества электроэнергии в Китай.

- К чему это может привести? Вы знаете, что сама ситуация с межгосударственным вододелением достаточно сложная между Киргизией, Узбекистаном и Казахстаном и между Таджикистаном, Туркменией и Казахстаном. Это может привести к тому, что Китай, закупая большие объемы электроэнергии в вегетационный период, может тем самым повлиять на ситуацию с гидрологическим режимом и, соответственно, с межгосударственными отношениями. И это уже есть, — предостерег эксперт.

Даже мегапроект — транзитный путь Западный Китай — Западная Европа, на который возлагает большие надежды руководство Казахстана, может провалиться. В китайской печати, утверждает декан географического факультета КазНУ, имеются сведения о том, что страна уже строит дорогу из своего города Аксу в город Ош, а оттуда Поднебесная намерена выйти в бассейн Каспийского моря. Другой путь Китай собирается проложить на север — через российско-синьцзянскую границу.

- Таким образом, угрозы с точки зрения водно-энергетических ресурсов, экономического присутствия существуют. Экспансия началась несколько лет тому назад. Она набирает темпы, и если мы будем не в состоянии противостоять этому процессу, вызовы сохранятся. И мы станем ее сырьевым придатком или какой-то незначительной частью, — заявил спикер.

Четыре вектора Поднебесной

Китайские же эксперты, говоря о совместном сотрудничестве, по словам заместителя Института экономических стратегий — Центральная Азия Адиля Каукенова, делают упор на гармоничный мир и взаимовыгодную экономику:

- Но, с другой стороны, нельзя упускать того, что сами китайцы видят в нас, понятно, сырьевой придаток. Вместе с тем в китайских кругах поднимался такой вопрос: а возможно ли вообще инвестировать в казахстанскую экономику? По моему мнению, китайцы достаточно низко оценивают нашу инвестиционную привлекательность для китайского среднего и даже крупного бизнеса, исключая нефтегазовый сектор.

По мнению же третьего докладчика, представителя Ассоциации приграничного сотрудничества Марата Шибутова, в современном Китае есть четыре тенденции развития. Первая — обеспечить безопасность путей и сообщения в Индийском океане (для экспорта китайских товаров в Европу и поставок нефти из Персидского залива). Вторая — это обеспечение энергобезопасности (максимальная диверсификация поставок углеводородного сырья из Персидского залива).

- У Китая сейчас четыре стратегических канала получения нефти, и два из них имеют отношение к нам: российский и центральноазиатский. Соответственно, они будут стараться играть на противоречиях между нами, чтобы получить максимально дешево нефть, ресурсы и так далее, — сказал он.

Третью тенденцию эксперт связал с освоением западных территории Поднебесной, а четвертая — это переход от военного и других видов сотрудничества к ресурсному.

- У Китая имеется два с лишним триллиона долларов, которые он хочет инвестировать в ресурсы и иные вложения. Первоочередной целью у них стоит Австралия, затем — Канада, дальше —Россия, а мы располагаемся на пятом-шестом месте. Кстати, Китай не воспринимает Казахстан как отдельную сторону, он воспринимает целиком Центральную Азию — Казахстан и Среднюю Азию, — отметил г-н Шибутов.

Угроза одного ребенка

При этом вкладывать деньги в разные проекты в Казахстане Китай не будет, считает представитель Ассоциации приграничного сотрудничества. Поднебесной не нужны ни земли, ни рынок республики.

- Они хотят получить от Казахстана 50 миллионов тонн нефти и 30 миллиардов кубометров газа. Плюс они хотят получить спокойствие на своей западной границе: чтобы наша территория не использовалась как плацдарм для дестабилизации ситуации в СУАР. Зачем воевать, когда можно все купить?! — заявил Марат Шибутов.- Этого им не надо. Я думаю, что они пойдут на это лишь в том случае, если у нас ситуация полностью дестабилизируется.

Сейчас угроза со стороны Китая кажется призрачной. Но она может стать более чем реальной со сменой элит, уверен спикер.

- Сейчас элита Китая — это Политбюро Коммунистической партии КНР, это люди 50—60-ти лет, которые знают, что такое слабый Китай. Через 10 — 15 лет к власти в КПК придет «поколение одного ребенка», то есть поколение, которое получило воспитание при ограничении рождаемости. А это целое поколение, это сотни миллионов человек, которые видели только растущий, мощный Китай и ничего не боялись. Они не будут просить — они будут требовать, и мы никуда не денемся.

Это мнение поддержал и Шарипжан Надыров. Он уверен: со странами, которые слабее Китая, паритетное сотрудничество исключается, и это подтверждает история китайской дипломатии.

- Поражают темпы. Менталитет китайского населения меняется очень быстро, и это является, можно сказать, элементом какой-то угрозы, — поделился он мыслями.

Политическая удавка

Генеральный директор консалтинговой компании ALMAGEST Айдархан Кусаинов обратил внимание на другой аспект. Казахстан для Китая слишком мал, неинтересен в геополитическом смысле. Однако Пекин, в отличие от многих других, продолжает давать Астане в долг.

- На сегодняшний день у нас сотрудничество с Китаем резко выросло. Просто денег никто не дает, если будем говорить откровенно, поэтому мы и пошли в Китай. При этом выдаются кредиты, которые потом нужно возвращать, — подчеркнул он.

При этом сегодня изменилась сама структура задолженности, потому что с инвестициями идут, как правило, в основном государственные компании. Фактически — это государственные инвестиции Китая.

- Получается, это не бизнес кредитует — это политика кредитует. При этом если бизнес опирается на какие-то экономические расчеты, то когда кредитует политика — там расчеты совсем другие. И поэтому такие кредиты опаснее, потому что они действительно начинают связывать руки политически, — заявил Айдархан Кусаинов, добавив: — Моя точка зрения —Китай это однозначно реальная угроза и никак не трамплин для развития. И трамплином он быть не может просто по той причине, что те деньги, которые мы получаем из Китая, не идут на инновационную экономику, они идут в автобан, в газопровод, в нефтепровод.

- Ситуация, на мой взгляд, напоминает ситуацию перед войной с гитлеровской Германией, когда все СМИ говорили, что никакой угрозы нападения Германии на Советский Союз нет, она отсутствует, и до самого последнего дня мира, до 22 июня, о ней замалчивали. Уместно ли здесь проводить какую-то аналогию, но она есть, — добавил в свою очередь Шарипжан Надыров.

...Интересной мыслью поделился в заключение долгого разговора старший научный сотрудник отдела социально-политических исследований Казахстанского института стратегических исследований при президенте РК Тимур Козырев:

- У них другое восприятие времени. В обозримой перспективе от Китая угрозы нет. Что для нас обозримая перспектива? Максимум лет 50, не больше, а то и меньше. Мы меряем время годами и десятилетиями, а они меряют время веками и столетиями. И какими они видят будущее через двести-триста лет — вот это очень интересный для нас вопрос. И поэтому раз мы оказались на карте рядом, то мы должны научиться у них дальновидности. То есть одним из первых шагов должно быть всестороннее исследование Китая, китайской политической истории, философии вплоть до китайских единоборств. Для этого необходимо посадить целый институт.

А что вы думаете?..